Газета "РЫБАК РЫБАКА" №3,   2002

Странная, казалось бы, арифметика: у зимней рыбалки поклонников намного больше, чем у летней. Ни мороз их не пугает, ни тяжесть амуниции: тулуп, негнущиеся валенки, стальной ледобур и громоздкий ящик. Наверное, в том причина, что летняя рыбалка - занятие уединенное, созерцательное. Зимняя же, начиная с дороги, с вагона электрички, с тесного автобуса, располагает к общению и невозможна без него. На заснеженной равнине над рекой, над озером все на виду. И здесь раскрываются характеры.

ДОБРОЖЕЛАТЕЛЬ

Незнакомец шел мимо по каким-то, может, даже срочным, делам. Но, завидев меня на автобусной остановке, свернул ко мне и спросил:

- На озеро собрался?

И, не дожидаясь ответа, продолжил речь:

- Вчера я там был. Клев плохой. Но я тебе скажу место: под деревней, где из-под обрыва бьет родник и течет в озеро. Это ты найдешь! Может, найдешь и мои лунки. А нет, сверли возле камышей, и чтоб глубина была метр-полтора, не больше!

Из-за поворота показался автобус.

- Эх, как хочется поехать! - вздохнул Доброжелатель. - Да дела все. А тебе - удачи! Иди сразу на это место. С окунем будешь!..

За ночь поземка замела все вчерашние следы, все лунки. Рыбаки, что вместе со мной вышли из автобуса, - тоже народ знающий, с хитрецой - направились совсем в другую сторону. А меня совет Доброжелателя потянул все-таки к обрыву. Под ним - сугробы. Но место родника подсказали вороны, прилетевшие туда на водопой.

Нашел и край заснеженных камышей. Просверлил несколько лунок, чтоб найти заданную глубину. Наладил удочку. Все в порядке: прав был Доброжелатель! Клюет окунь, ловится!

СУЕВЕРНЫЙ

Дорога дальняя, и потому добрался я до водохранилища не рано. Уже по всему простору разбрелись рыболовы, каждый облюбовал себе местечко. Где лучше, куда мне идти?

Подхожу к ближайшему рыболову. Спрашиваю: как клев?

- Нет рыбы - одна вода! - отвечает он сердито. Все его внимание на сторожок.

Поклевка! Он вытягивает из-подо льда подлещика. Снимает с крючка и сразу прячет в ящик. Цепляет свежего мотыля, отправляет под воду мормышку. Снова взгляд на сторожок. И снова - поклевка!

- Ну, что ты стоишь? - спрашивает. - Сверли рядом, лови! Может, повезет. Только нет здесь рыбы - одна вода...

А сам уже четвертого подлещика прячет в ящик.

- И не удивляйся, - говорит. - Это у меня присказка такая. Я - суеверный.

РАЗВЕДЧИК

Старый мой друг выезжал на рыбалку непременно в серой полковничьей папахе и с полевым биноклем. В начале нашего знакомства я был убежден, что он полковник по званию - в запасе или в отставке. Тем более, что он - профессор, доктор наук, специалист по радиационной биологии и по делам службы ездил на атомные полигоны. Потом он рассказал о себе: на фронтах давней Великой Отечественной воевал в звании рядового. Начал под Москвой в декабре сорок первого. Демобилизован был в 1944-м, за год до Победы: получив тяжелое ранение. С той поры - невоеннообязанный, отставной солдат. Папаху же приобрел по случаю.

А бинокль вот зачем. Мы выходили с ним на высокий берег. Меня подмывало скорее бежать на лед, сверлить лунки, начинать ловлю. Но он требовал: "Подожди! Проведем разведку!" И направлял объективы на одну, другую, третью группу рыболовов, уже сидевших на льду. В сильный бинокль хорошо видно, где ловится, где "таскают" рыбу, а где лишь уныло ждут поклевки.

Наконец, Разведчик принимал решение и, задавая рукой направление, командовал: "Вперед! Поспешим, пока клев!"

ВЕЖЛИВЫЙ

Рыба зимой ленива, малоподвижна. Порой даже хищный окунь равнодушен к мотылю, что висит на крючке мормышки, опущенной перед самым его носом. Надо раззадорить его.

- Я работаю удочкой так, что мормышка танцует перед окунем, словно балерина из Большого театра, - хвастал мне один Мастер. - Самая ленивая рыба не устоит перед соблазном, обязательно клюнет!

Бывают, впрочем, дни, когда даже окунь (не говорю уж о подлещике или плотве), охотнее берет неподвижную насадку. Сразу не угадаешь, что сегодня нравится рыбе. Смотришь, как ловят другие, у кого дела успешнее.

Вежливый - так я назвал его про себя после первой же сказанной им фразы - подошел, когда я снимал с крючка очередного окуня. Поздоровался, потом спросил:

- Скажите, пожалуйста, как вы ловите - на неподвижную мормышку или на "дразнилку"? Я смотрю, у вас постоянно клюет. У меня же - я неподалеку пытаюсь ловить - пусто!

Мне очень понравилось это определение - на "дразнилку". Чаще то заданное дрожанием руки движение мормышки под водой называют "игрой". Иногда говорят: "мормышь активнее". "Мормышь"- значит, оживи мормышку, сделай, чтобы движениями своими под водой она походила на живого рачка.

Я рассказал Вежливому, что медленно опускаю мормышку на самое дно, потом, поигрывая ею, медленно поднимаю вверх. Поклевки чаще всего случаются, когда она уходит от дна сантиметров на тридцать-сорок.

Разные у рыболовов характеры. Кто-то располагается потесней, поближе друг к другу. Порой, как Разведчика, в тесный круг удачливых тянет азарт. Чаще - просто желание быть "на миру": здесь все сбегутся посмотреть, позавидовать! И на невезенье есть кому пожаловаться.

Другие сидят в одиночку, отшельниками. Кто-то потому, что хочет побыть в одиночестве. А иной, просверлив рядышком три-четыре лунки, бросил на дно пару щедрых горстей мотыля, насторожил в каждой лунке по удочке и ждет, когда соберутся под водой на приманку лещи. Иногда приходит удача! Бывает и иное: сидит час, другой, третий - нет поклевки! Ошибся в выборе места. Надо бы на другое перейти - вдруг там рыба? Да жалко бросать прикормленные лунки - мотыль-то дорог!

Разные у рыбаков характеры. Тем и интересна зимняя рыбалка. Конечно, хороший улов всегда радует! Но все-таки он - дело второстепенное...